карандашом на тоненьких манжетах, (мое творячество) Опции

[klo]

поцелуй меня, не касаясь
моих вкровь искусаных губ,
серебристым дождем изливаясь
в лабиринт водосточных труб.

удержи меня, рук не смыкая -
хмурым взглядом печальных глаз
или молча уйди, отпуская,
как тогда - в предпоследний раз...

* * *

в глазах печальных, цвета мандарина
вокруг зрачка переливалось море
и эта странная нелепая картина
рождала мир в ожесточенном споре.

а мы с тобой кружились как пылинки,
хватаясь за руки и пролетая мимо.
как жаль, что не заметили слезинки
в глазах печальных, цвета мандарина...

* * *

к художнику
нанеси на картину мазками
по щекам пробежавшие слезы,
боль обычно проходит с годами,
превращаясь в неясные грезы...

и добавь пару капель измены,
штрих обиды от вашей разлуки,
дорисуй свои тонкие вены
и раскрась отголосками скуки.

что получится - вешай на стену
у окна, в изголовье кровати
и готовь этой грусти на смену
полотно с яркой надписью "хватит"

* * *

ты подходила мне как старое пальто,
что до сих пор пылится в гардеробе,
и вроде бы давно уже не в моде,
и вроде бы давно уже не то...

но выбросить рука не поднималась,
а перешить как будто не могла,
и каждый раз поновой окуналась
в незримый омут твоего тепла

* * *

притвориться тенью, ускользнуть
прочь из рук, сжимающих в обьятьях.
о слезами на глазах уснуть,
отыскав невинность в старых платьях.

вспоминай о нас...совсем других,
что остались в скучном феврале,
наплевав тогда на остальных,
на исписанном шпаргалками столе.

вспоминай, хотя бы иногда
холод от заснеженной реки
и тепло, что (вроде бы всегда)
исходило от твоей руки...

* * *

снежное

ты как первый снег - прекрасна и чиста
и в глазах небесное свеченье,
а в руках два в клеточку листа -
описать от жизни впечатленье...

ты писала о своих мечтах
и о том, как горе забывала,
и о всех, загадочных местах,
где во снах не раз ты побывала...

я же написал о пустоте,
что с лихвой заполнилась тобой,
о твоей невинной красоте...
о тебе...холодной и чужой...

* * *

бумажными словами утешать
пластмассовые кукольные слезы,
в отчаянье поспешно засыпать,
приняв ужасно неестественные позы
все это лишнее, поверь моим словам...
поверь хотя бы потому что я другая...
ну что, малыш, пойдем по головам
и чувствами с тобою поиграем?...

* * *

вы знали, что у вас не будет "завтра",
у вас одна дорога - в никуда...
для каждого по своему опасна
и каждому безумно дорога.

и вы по ней несетесь без оглядки,
сметая на своем пути года,
но вам не разгадать ее загадки -
она как вы упряма и горда.

и вы бежите, бьетесь о преграды,
не видя рядом обходных дорог,
м все вы жаждите одной награды -
родного дома пересечь порог.

* * *

я знаю, ты поймешь мои слова,
пусть даже нарисованные мелом
по мокрому стеклу окна...
ведь так красиво: на прозрачном белым...

я знаю, ты захочешь мне сказать,
что не нашел другого измеренья,
а в это наше чувство не вписать...
чтож...эта боль не стоит извиненья...

я знаю, ты захочешь все вернуть...
нет, не сейчас, а много-много позже,
когда мы взгляд сумеем отвернуть
от шрамов резанных узорами на коже...

я знаю, ты не слушаешь сейчас,
накрывшись одеялом с головою,
но только знай - придет однажды час
и мы опять увидимся с тобою...

простите, если слишком много...)))

[klo]

и еще порция)))

в промежутке между мирами
моим и твоим
незаметно для всех умираем
мы и не мы
каждый день, каждый час, не меняя
статичные позы,
на могилы свои ощущенья роняя,
сажаем там розы...

* * *

сотнями пляшут, толкаются,
мечутся в пустоте.
безмозглой толпой рождаются
мысли не те.

* * *

безумен тот, кто умеет играть
струнами наших душ.
опаснее тот, кто способен решать,
мазурку, вальс или туш...

* * *

мне пустили по венам с утра
электрический ток.
захотелось сидеть у костра -
изучать потолок.
изучать твое "нет", твое "да"
и тупое "наверно".
не грусти, это все ерунда -
мысли током по венам.

* * *

совершеннолетие,
совершеннословие,
я - лишь междометие,
ты же - послесловие